Человек Дождя
Автор Aimee   
26.02.2011 г.

Image

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Вновь посвежевший и трезвый Оззи Осборн продемонстрировал свой талант на альбоме Black Rain, злом и блестящем трактате о безумии войны, жадности и всемирном разрушении.

Джо Боссо

«Я все ещё учусь» - написал на одном из своих рисунков покойный испанский художник Франсиско Гойя. Возможно, иногда слишком уж смело проводить столь далекие сравнения между искусствами. Но Оззи Осбонрн, который старается заставить трагедию говорить стихами,  вступил в свой «черный период», подобно Гойе. Его новый альбом с соответствующим названием Black Rain (Epic) – это невеселое и тревожное раздумье над различными проблемами – от войны в Ираке до глобального потепления. Взявшись за столь серьезный и сложный предмет, Оззи хочет пролить свет на человеческие страдания и делает это жестко, временами с дьявольским мастерством и великолепием.

            «Я по-настоящему горжусь этим альбомом, - говорит он, - но думаю, что в каком-то смысле, для меня это только первый шаг. Я долго этим занимался, но мне ещё многое нужно постичь в песенном творчестве. Надеюсь, что я могу измениться в лучшую сторону, и реально высказать свои мысли».

            В конференц-зале офиса звукозаписывающей компании он опускается на роскошный черный кожаный диван, который угрожает немедленно поглотить его фигуру. «Например, я думаю, что мне хочется научиться играть на гитаре. Теперь вспомним, что мне повезло работать с великими музыкантами – Рэнди Роадсом, Тони Айомми, Закком Уайлдом – мне страшно даже подумать, что я мог бы соперничать с ними. Но думаю, что если бы я выучил несколько основных аккордов и стал немного наигрывать, то я смог бы раскрыться как сочинитель песен. Это было бы моим хобби, но помогло бы написать несколько песен, немного других песен, которые могли бы оказаться неплохими».

            Появляется ассистент с огромной пластиковой чашкой кофе. Оззи с энтузиазмом привстает, чтобы принять её, но его движения нетверды, его руки дрожат, он управляет своим телом как аниматронный динозавр. «Просто удивительно, что кости вообще работают», - говорит он, садясь на место. «После всего, что со мной было, мне иногда кажется, что моя берцовая кость соединяется непосредственно с челюстью».

            Несмотря на свой тремор он выглядит бодрым и отдохнувшим. Он трезв уже три года. Наркотики и алкоголь, много лет уносившие все его тревоги, в конце концов начали работать против него, что превратило его жизнь в ежедневный кошмар. Теперь кофеин – это его единственное тонизирующее средство, которое ощутимо уменьшает его, некогда ставшие знаменитыми, проблемы с логикой и речью. Он выпивает чашку дымящегося кофе до дна, как человек в пустыне осушил бы бутылку холодного спортивного напитка. «Слава Богу, что есть кофе», - говорит он улыбаясь.  «Если у меня его отберут – все, я пропал».

            Оззи готовится к летнему Оззфесту, одиннадцатому по счету и первому, где вход будет для всех свободным. «FreeFest», как его называют, вызвал споры сразу, как только его объявили. «Я очень хорошо понимаю, что концертные промоутеры сейчас в весьма затруднительном положении, - мимоходом говорит Оззи, - но это оттого, что они никогда не хотят пробовать ничего нового. А настоящая правда, я полагаю в том, что они просто злятся на то, что мы первые должны это сделать. Эй, ну даже в моем возрасте нельзя противиться переменам».

            Перемены были главной повесткой дня во время записи Black Rain, первого за шесть лет альбома Осборна с новым материалом. Альбом спродюсирован Кевином Чурко (который долгое время был правой рукой Роберта «Матт» Лэнга), пластинка была записана и полностью смикширована на новейшей современной домашней студии Осборна, оснащенной системой Pro Tools HD3. «Работа с Кевином стала для меня шагом вперед», - с энтузиазмом говорит Оззи. «Он потрясающий продюсер, который добивается самого тяжелого звучания, какое только можно вообразить, а в работе с Pro Tools он настоящий монстр. Мы могли взять риффы Закка и собрать из них готовые песни так, как нам того хотелось. Я вам скажу, что нет ничего лучше, чем иметь студию в собственном доме. Я мог спуститься туда в любой момент и делать там, что захочу. Какое облегчение, что не надо погружаться во всё это помешательство и безумие, вечно творящиеся во время записи альбомов на студиях звукозаписи».

            Темы помешательства и безумия часто упоминались в работах Осборна, но на этот раз вокалист обрушивает свой гнев на внешних демонов. Жесткие треки вроде «Civilize the Universe» и «Thank God for the Almighty Dollar» - это горький протест против того, что Оззи описывает как «общество сошло с ума, меня до глубины души возмущает то, что происходит сейчас. Я бываю буквально взбешен. Хорошо, что я могу выплеснуть свои эмоции в песнях».  Но злость Оззи не умещается в маленький едкий трек, и сила, с которой Закк Уайлд – поддержанный бешеными партиями барабанщика Майка Бордина и басиста Бласко – выпускает потоки адского гитарного огня, прекрасно подчеркивает обличительные слова Осборна.

            Альбомом Black Rain Уайлд отмечает свою 20-ю годовщину как гитарист Осборна, он проработал с вокалистом дольше всех других музыкантов. (Одновременно Уайлд уделяет время и своей собственной группе Black Label Society). «Когда мы записывались, то это был просто взрыв», - говорит Уайлд. Я и Майк (Бордин) пошли и просто взорвали студию, импровизируя, сочиняя песни. Было столько безумного креатива. Думаю, что мы оставили Оззи большой выбор классных мелодий».  Интересно, что оценка процесса записи Уайлдом – того, как они с Бордином сочиняли и записывали полностью готовый инструментал – отличается от оценки Осборна. Чья версия верна – выбирайте сами, но одно можно сказать точно: Black Rain – это грозный и беспощадный альбом.  «Мы живем в темные времена», - говорит Оззи. «Помню, когда мы с Саббат только начинали, то тогда происходил весь этот бред, связанный с «властью цветов», был Вьетнам и прочие всевозможные конфликты. А Black Sabath была противоядием от «власти цветов».

 При этом Оззи категорически отвергает идею о том, что он фаталист. «Я – реалист. Если все плохо, то об этом я и буду петь. Но в альбоме есть еще пара песен о любви. Я всё ещё романтик. «Власть цветов была вздором, но мир и любовь ещё могут всех нас спасти».

 

Guitar World: Как сейчас твое здоровье?

Ozzy Osbourne: Я прекрасно себя чувствую. Тьфу, чтобы не сглазить.  (он стучит костяшками пальцев по кожаному дивану). Это чудо, так ведь? Ты общаешься с парнем, который ездил на машине скорой помощи больше, чем на такси. Кстати, я уже три года не пью и не принимаю наркотики.

GW: Да, я понимаю. Мои поздравления. Каково это?

Ozzy: Нормально. По правде сказать, у меня не было выбора. Я просто больше не мог выносить этого. Наркотики, алкоголь – они уже не давали эффекта. Слишком много провалов в сознании, слишком много лет… Я теперь столького не могу вспомнить. Единственное, о чем я не забывал – это пить и принимать наркотики. Каково, а? Вообще, это странное чувство, когда просыпаешься и думаешь, что ты умер. Так со мной и случилось, к этому приходят все. И это как раз время остановиться. Потому что в следующий раз, когда я проснусь, и мне покажется, что я мертв, то я действительно буду мертв. И тогда будет уже поздно что-то предпринимать, потому что я буду мертв! Гораздо легче что-то изменить, пока ты живой.

GW: Это хорошая позиция.

Ozzy: Кстати, я был ошарашен, когда Кейт Ричардс вышел и сказал, что он занюхал своего отца. Я подумал, Ну, кто-то же должен безумствовать, пока у меня перерыв, знаете? Слава Богу, он пошутил. Я уже занюхал порцию муравьев. Не нужно пытаться это превзойти!

GW: Да, не очень хорошая идея. Так расскажи мне о решении сделать в этом году из Оззфеста «FreeFest». 

Ozzy: Ну, я уже делал все, что только можно. Ну что ещё можно сделать, чтобы людям было интересно? И потом, я кое-что должен своей аудитории: я им обязан всем. Я терпеть не могу, когда группы выходят на сцену так, будто одним своим появлением они прямо-таки делают всем одолжение. Это абсурд. Аудитория может думать, что она приходит ради меня, но я прихожу ради них. Поверьте, у меня невероятная жизнь, и все это благодаря моим фанам. И я должен давать им больше. Потому что они этого заслуживают.

GW: может быть, на следующий год вы пойдете дальше и сами будете платить зрителям за то, что они приходят. Обсудите эту идею!

Ozzy: Думаю, Шэрон сказала бы что-нибудь по этому поводу. (смеется)

            GW: Это была её идея сделать Оззфест бесплатным?

            Ozzy: Она бизнес-леди, идеи – это её дело. Она организует туры, а я только говорю: «Ладно, я поеду».

            GW: Где же вы возьмете деньги? У корпоративных спонсоров?

            Ozzy: Даже не знаю. Мне все равно. Это работа Шэрон. У нас хорошая команда. У нас бывают свои конфликты, но думаю, что никто не смог бы выдержать меня столько лет. Она – мой ангел-хранитель.

            GW: Кажется она действительно нуждалась в вас во время вспышки рака толстой кишки несколько лет назад.

            Ozzy: (тяжело вздыхает) Это был отчаянный момент. Знаете, я терял людей… Но мысль о том, чтобы потерять её.. (делает глубокий вдох) Не знаю, что было бы, если бы это случилось. Но, слава Богу, сейчас с ней всё хорошо. Когда я думал, что могу её потерять, то у меня было… знаете… это было тяжело. Очень трудно.

            GW: Давай вернемся к вопросу об Оззфесте. Это ещё доставляет тебе удовольствие?

            Ozzy: Да, но надо сказать честно: для меня это адский груз ответственности. В смысле, он ведь называется Оззфест, а не Фестиваль Всего Металла. Так что, если я заболею или сорву себе голос, или случиться что-нибудь ещё, и я не смогу отработать шоу, знаете, аудитория просто будет сходить с ума. В моем возрасте я просто не знаю сколько туров мне ещё отпущено. И этот мог бы быть последним.

            GW: После этого тура ты планируешь объединиться с Black Sabbath для записи нового альбома.

            Ozzy: Я? (смеётся)

            GW: Ну, я так понимаю.

            Ozzy: Тогда ты знаешь больше, чем я. Знаешь, с тех пор, как мы снова стали друзьями, меня все спрашивают: «Когда вы выпустите новый альбом Black Sabbath?» Но моя позиция такова: Зачем выпускать альбом, если он плохой? Я мог бы завтра же выпустить альбом Black Sabbath, но я не хочу этого делать, если он не восхитителен. К чему тогда все это?

            GW: Хорошо. Так вы не собираетесь записывать альбом с Black Sabbath.

            Ozzy: Я мог бы. Но я просто не выношу давления….

            GW: Так к черту давление. Почему бы вам вчетвером просто не собраться вместе и не сказать, К черту, мы сделаем величайший, великолепнейший, умопомрачительнейший альбом на все времена. Вы ведь хотите этого, так?

            Ozzy: Да, но ведь это должно быть у всех четверых, в одно и то же время. Если мы сможем собраться – здорово. Я бы хоть завтра это сделал. Но если мы этого не сможем, то я не хочу трогать наше наследие. Я слишком стар, чтобы валять дурака. Мне не нужна лишняя головная боль. (пауза) Видишь ли, мы уже не те молодые ребята, какими мы были, когда начинали свое дело в Бирмингеме. Тогда у нас ничего не было. У нас были только мечты и стремление сделать что-то свое, понимаешь? Не знаю, сможем ли мы быть теми же четырьмя парнишками из Бирмингема снова.

            GW: Но это невозможно. Когда какая-то группа добивается большого успеха – U2, Metallica, Green Day – то она просто вынуждена принимать все те перемены, которые приходят вместе с ним. Вы никак не можете снова стать теми «четырьмя парнишками из Бирмингема». Хотя бы потому, что прошло уже почти 40 лет.

            Ozzy: Логично. Но группы, которые ты упомянул, ещё в состоянии отбросить всё в сторону и сказать, К черту. Мы пишем альбом. И они добиваются успеха.

            GW: И ты смог бы, если бы достаточно хотел этого.

            Ozzy: Да, да. Посмотрим, произойдет это или нет. Нет никаких гарантий. (короткая пауза) Знаешь, на новой пластинке есть пара треков, которые по звучанию напоминают Саббат, типа «Im not going away».

            GW: Название «Im not going away» может быть воспринято двояко: в физическом смысле и в профессиональном.

            Ozzy: У меня нет смертельного заболевания, если ты об этом. И в ближайшее время я не планирую умирать. Конечно, я могу выйти и упасть в люк. И что же тогда? Не будет больше Оззи.

            GW: В истории рок-н-ролльных смертей падение в люк будет инновацией.

            Ozzy: Возможно все. По крайней мере, я хоть сам себя больше не убиваю. Я не пью, не курю, не принимаю наркотики, вообще ничего не делаю. (смеётся)

            GW: А от чего было труднее всего отказаться?

            Ozzy: Все вещества были будь здоров, но должен сказать, что труднее всего было с сигаретами. Я залеплял все тело (никотиновыми) пластырями. Я выглядел, как чертова мумия. И продолжал курить! Потом мое сердце начинало бешено биться, и я покрывался испариной. Но однажды я просто сказал: «Хватит всего этого дерьма».  И я бросил, вот так вот.

            GW: С тех пор, как ты бросил, твой голос окреп?

            Ozzy: Не особенно. (смеется) Но, так или иначе, я стараюсь работать над программой.

            GW: В музыкальном отношении альбом имеет характерное звучание, хрусткий гитарный звук, которого мы и ожидаем от записей Оззи. Вы с Закком садитесь и сочиняете мелодии вместе?

            Ozzy: Я расскажу вам, как мы сделали эту запись: Закк пришел, сочинил несколько риффов, потом подключился Кевин «это - главный рифф, это – стихи, это – хор» и так далее. Потом мы собрали все при помощи Pro Tools. Так что мы сочиняли все не так, как раньше.

            GW: Звучит немного неестественно.

            Ozzy: Ну, думаю, что «естественно» о Закке и не скажешь. (смеётся) Просто это… Думаю, что так сегодня и делаются записи. Меня так печалят некоторые мои пластинки. Жаль, что пару из них я не могу забрать назад – это Down to Earth и Ultimate Sin. Они мне совсем не нравятся. Продюсеры – некоторые из них просто хотят сделать меня таким, каким они хотят меня видеть. Что-то типа, Эй, приятель, здесь на обложке написано «Оззи Осборн». Когда твое имя написано на пластинке, то все должно быть так, а не иначе. Некоторые из продюсеров, с которыми я работал, делали меня совершенно несчастным. Но с Кевином Чурко все было великолепно.  

            GW: Опиши свои нынешние отношения с Закком.

            Ozzy: Я расскажу тебе одну историю. Помнишь, несколько лет назад я попал в аварию на своем вездеходике? Я, черт подери, был тогда довольно плох. Сломал восемь рёбер, ключицу, шейный позвонок… я мог умереть. И вот, я лежу в кровати в коме, или как это назвать – я не знаю, меня просто не было. А потом я однажды ночью проснулся и подумал, что у меня галлюцинации. Я смотрел сквозь занавески и думал, что вижу сидящего за ними Закка. И так оно и было! Он сидел подле меня. Только я не знал, что он там находится уже пять дней. Он не двигался; он просто сидел, ожидая, когда я приду в себя. Ты хочешь знать, как бы я описал Закка? Друг. Настоящий друг.

            GW: Каково с ним работать сейчас как с гитаристом по сравнению с тем временем, когда ты только нанял его. 

            Ozzy: Ну, сейчас он самостоятельный человек. Он делает то, что хочет, и я не возражаю. Он заработал себе это право. Мне не особо нравился тот южный рок, которым он хотел заниматься сначала, но нужно позволить ему заниматься собственным делом. Он офигенный гитарист, знаешь, один из лучших в целом мире. Когда я взял его, он был еще такой зеленый, но у него было большое желание работать. Оно есть у него и сейчас!

            GW: Вы когда-нибудь боролись с ним?

            Ozzy: Нет. (смеётся) Может я и безумен, но я не дурак, черт возьми!

            GW: В песне «Black Rain» ты отменно играешь на губной гармонике.

            Ozzy: Спасибо. Как только я услышал Джона Леннона, играющего на гармонике в «Love Me Do», я сразу её полюбил. А «Please, Please Me»? Здорово. Гармоника – это как раз для людей вроде меня, которые ни на чем по-настоящему играть не умеют.

            GW: Эта песня о войне в Ираке, правильно?

            Ozzy: Боже мой, от этой войны у меня просто ум за разум заходит. Причины, по которым мы вступили в эту войну - совершенно абсурдны. Военный интеллект! Да у меня больше интеллекта, чем у этих политиков! Меня все это с ума сводит. То, что творится в мире, меня просто пугает. Идет война, люди голодают, глобальное потепление… я думаю об этом. Сейчас наш мир во тьме. Вот об этом я и пою.

            GW: Кажется, все это относится и к песне «Civilize the Universe» тоже.

            Ozzy: Я не могу не задумываться об этом, понимаешь? Эту чертову шахматную партию политики разыгрывают при помощи войны. Я не могу это выносить. Поэтому, я должен говорить об этом. Кто-то же должен. (задумывается) Ты знаешь, я слышал, что в Ираке часто крутят «War Pigs». Это мне просто мозги выносит. Не знаю, есть ли у них для этого достаточные основания. Надеюсь, что да.

            GW: Песня «The Almighty Dollar» - это…

            Ozzy: Я расскажу тебе об этой песне. Знаешь, у нас в Англии будут Олимпийские игры в 2012 году, кажется. Это будет стоить девять миллиардов фунтов! Внушительная сумма за то, чтобы посмотреть, как какой-то парень будет бежать по чертовой дорожке стадиона. Можно пойти в любой спортзал и увидеть это бесплатно.

            GW: В песне есть строчка о «разрушении льда». Здесь ты говоришь и о глобальном потеплении тоже?

            Ozzy: Конечно. Это обо всем. Всемогущий доллар…. фунт… евро. Он всем управляет. И всё разрушает. 

 

Последнее обновление ( 02.03.2011 г. )